Пятница, 17 августа 2018 16:07

Доступность высшего образования в РК ставит рабочий класс на грань вымирания Избранное

Автор

Порой создается ощущение, что у нашего правительства правая рука не знает, что делает левая. Например, совсем недавно премьер-министр публично посетовал на то, что профессионально-техническое обучение даже при его бесплатности остается непривлекательным для казахстанской молодежи, пишет Central Asia Monitor.

Но ведь кабмин своими решениями, принятыми с подачи МОН, сам провоцирует ее на массовое поступление в университеты: возможно, ни в одной другой стране мира высшее образование не является настолько доступным, как в Казахстане. А коли так, то кому нужны рабочие профессии?    

Легче легкого

Все мы знаем, что за последние два года объем государственного заказа на подготовку специалистов с вузовскими дипломами значительно увеличился. Если брать бакалавриат, на который и поступают выпускники школ, то количество грантов при нынешнем министре образования возросло с 31,7 тысячи (в 2016-м) до 53,6 тысячи (в 2018-м). Чуть ли не 70-процентная прибавка! Наибольшее увеличение объема госзаказа произошло в группе «Технические науки и технологии» - с 12,5 тысячи почти до 24-х тысяч (с учетом вузовской подготовки в рамках проекта «Мәңгілік ел жастары - индустрияға!»), или почти вдвое.

А теперь посмотрим на недавно обнародованные итоги конкурса на присуждение образовательных грантов. Возьмем ту же группу «Технические науки и технологии». Конечно, есть в ней специальности, по которым для получения грантов потребовалось набрать достаточно большое количество баллов: «технология фармацевтического производства» – 113, «биотехнологии» – 111, «нефтегазовое дело» – 103. Однако можно обнаружить и немало специальностей, для поступления на которые в рамках госзаказа было достаточно преодолеть минимальные (пороговые) значения:

«космическая техника и технологии» (выделено в общей сложности 148 бесплатных мест) – 50 баллов;

«технологические машины и оборудование» (545 мест) – 50 баллов;

«металлургия» (336 мест) – 50 баллов;

«технология конструирования изделий легкой промышленности» (260 мест) – 50 баллов;

«производство строительных материалов и конструкций» (253 места) – 50 баллов;

«транспортное строительство» (168 мест) – 52 балла;

«машиностроение» (481 место) – 53 балла;

«приборостроение» (253 места) – 53 балла.

Список можно продолжить. Безусловно, не все обладатели грантов, выбравшие эти профессии, получили на ЕНТ столь низкие баллы. Есть и такие, кто набрал 100 и больше. И все же тот факт, что немалую часть бесплатных (точнее, оплачиваемых государством) мест в вузах займут абитуриенты, едва преодолевшие пороговый уровень, заставляет серьезно задуматься: а кого мы собираемся получить «на выходе»? Кто эти будущие «специалисты по космическим технологиям», «приборостроители», «конструкторы»?

Оставим в стороне разговоры о том, что в ходе ЕНТ нынешнего года многие выпускники школ пользовались гаджетами, посредством которых получали от своих учителей готовые ответы (хотя в недавней статье, опубликованной в нашей газете, анонимный педагог из Алматы очень убедительно рассказала об этом), – неопровержимыми доказательствами на сей счет мы не располагаем... Но в том, что благодаря изменению формата ЕНТ в последние два года стало намного проще набрать минимально необходимые для поступления в вузы 50 баллов, сомнений нет.

Если прежде для этого надо было правильно ответить на половину всех вопросов (50 из 100), то теперь достаточно и 35 процентов верных ответов (50 из 140). Кроме того, есть все основания полагать, что тестовые задания были изменены в сторону их облегчения. Плюс еще одно очень важное обстоятельство. Чтобы получить право претендовать на грант, два года назад нужно было набрать по профильному предмету 7 баллов (при 25 вопросах), а теперь достаточно и 5 баллов (при 30 вопросах). Это означает соответственно 28 и 17 процентов правильных ответов. Как видим, нынешним абитуриентам предоставлен режим максимального благоприятствования.  

Применительно к большинству специальностей группы «Технические науки и технологии» профильными предметами являются физика и химия. Тестовые задания обычно делятся на несколько блоков по степени сложности: условно говоря, одна треть вопросов – из программы 8-9 классов, вторая – из программы 10-го, третья – из программы 11-го класса. Можно предположить, что набравшие от 5 до 10 баллов (из 30) правильно ответили только на вопросы по темам из начального курса школьной физики или химии. И выпускников с таким уровнем знаний принимают в университеты, плюс еще государство оплачивает им учебу?!

Впереди планеты всей

По советским меркам, это даже не троечники. И в годы существования СССР им была прямая дорога в ПТУ. Или, в лучшем случае, в техникумы. Иначе говоря, в те самые учреждения технического и профессионального образования (ТиПО), на непривлекательность которых в глазах современной молодежи посетовал премьер-министр.

В середине 1980-х число студентов в Казахстане было вполне сопоставимым с количеством учащихся ПТУ: соответственно 273 тысячи (в 55 вузах) и около 240 тысяч (в 474-х профтехучилищах). Был даже самостоятельный госкомитет по профессионально-техническому образованию, а в областях – соответствующие управления, что свидетельствовало о той важности, которая придавалась этой сфере. Часть молодежи училась также в организациях среднего специального образования – техникумах, педагогических и медицинских училищах (сейчас это колледжи).

По некоторым данным, на тот период специалисты с вузовскими дипломами составляли чуть более десяти процентов от общей численности экономически активного населения республики. Конечно, эта цифра ежегодно росла за счет новых выпускников вузов, но постепенно и ненамного.

С обретением независимости и с открытием все новых и новых университетов (одно время их количество перевалило за двести, а численность студентов на всех курсах достигала 770 тысяч) доля граждан с высшим образованием стала расти невиданными прежде темпами, и к 2015-му она составляла уже 35 процентов от экономически активного населения. По этому показателю мы обогнали Германию, Австрию, Францию, Голландию, вплотную приблизились к Дании, Швеции, Бельгии… А, например, Китаю до нас как до Луны пешком. Более свежих данных под рукой нет, но, если судить по набранным нами темпам, за три года, прошедшие с того времени, Казахстан подошел уже к 40-процентной отметке. А это совсем рядом с «топ-10», который замыкают США, Великобритания, Австралия и Финляндия с 42-44 процентами, – их мы тоже совсем скоро догоним.

При этом доля граждан, имеющих начальное профессиональное образование, то есть окончивших ПТУ (сейчас профессиональные лицеи), в Казахстане уменьшилась до 5,1 процента. Хотя еще в 2009-м она составляла 9,8 процента (почти двукратное сокращение за какие-то шесть лет!). Таких у нас в 2015-м было всего 464,6 тысячи, тогда как выпускников вузов – почти 3,2 миллиона. Есть еще около 3-х миллионов прошедших через колледжи, но, как отмечала пару лет назад вице-министр образования и науки Эльмира Суханбердиева, лишь менее 20 процентов их контингента обучаются по рабочим специальностям. Несложно подсчитать, что ежегодно колледжи выпускают всего-то 25-30 тысяч таких юношей и девушек. Все остальные – «белые воротнички» среднего звена: юристы, менеджеры, бухгалтера и т.д.

Но нынешнему главе МОН такого количества людей с вузовскими дипломами мало – он считает, что их в Казахстане явно недостаточно и что нужно добрать еще хотя бы миллион человек. Именно на это нацелены все последние решения, инициированные министерством, – значительное увеличение количества грантов, серьезные послабления участникам ЕНТ, чтобы они в массовом порядке смогли преодолеть пороговый уровень, необходимый для поступления в университеты (включая повторную пересдачу тестов), и т.д. Об этом мы подробно писали в недавней публикации «Высшее образование в РК становится повальным и ...теряющим всякую ценность», а потому не станем повторяться.

Впрочем, было еще одно препятствие, мешавшее осуществлению планов министерства, – относительно высокая плата за обучение для поступающих на коммерческие отделения. Дело в том, что до нынешнего года действовала норма, согласно которой она должна была быть не ниже стоимости государственного гранта. Но теперь по инициативе МОН это требование убрали, объяснив такое решение заботой о малоимущих: «Данная поправка направлена на расширение доступа граждан к получению высшего образования, в том числе относящихся к социально уязвимым слоям населения... Вузы будут устанавливать размер оплаты, исходя из того, как они считают нужным».

Иначе говоря, теперь даже самый захудалый вуз, выпускников которого потенциальные работодатели обходят за версту, может установить цену, скажем, в 200 тысяч тенге за год и набрать студентов, озабоченных получением не столько знаний, сколько «корочек». Если же у родителей и таких денег нет, то они продадут последнюю корову или залезут в кредит, лишь бы их отпрыск обзавелся этой самой «корочкой». А в сторону рабочих профессий при такой дешевизне вузовского образования никто и смотреть не станет, даже если им будут обучать бесплатно, – такой уж у нашего населения менталитет.

Массовость – антоним качества

Автор этих строк вовсе не призывает вернуться к существовавшему три десятилетия назад примерному паритету между численностью «белых» и «синих» воротничков. Другие времена, другие технологии, другие требования к кадрам… Но, наверное, должно быть какое-то разумное соотношение. Ведь нынешняя политика МОН, направленная на то, чтобы практически любой желающий мог играючи поступить в вуз, ведет к серьезному дисбалансу на рынке труда. И если этот курс сохранится, то в обозримой перспективе страна может попасть в ситуацию, когда миллионы граждан с университетскими дипломами окажутся невостребованными, а представители рабочих профессий станут вымирающим видом. Да уже сейчас работодателям все тяжелее найти квалифицированных сварщиков, токарей, электриков, швей…

Вывод очевиден: необходимо переориентировать часть молодежи на профессионально-техническое образование. Но одной только профориентационной и разъяснительно-воспитательной работой, к чему призывает премьер-министр, этого не добиться – менталитет населения быстро не поменяешь. А вот если усложнить процесс поступления в вузы, то высвободится немало юношей и девушек, часть которых, пусть даже вынужденно, может сделать выбор в пользу освоения рабочих профессий.

Сократить количество будущих студентов можно теми же способами, которые сегодня МОН использует для его наращивания – только делая все наоборот: усложняя тестовые задания, увеличивая пороговый балл, ужесточая требования к лицензированию вузов, законодательно регулируя размер платы за обучение.

Пора наконец-то понять: высшее образование, по определению, не может быть массовым. Оно должно быть качественным. А качество начинается с отбора студентов: в вузы должны попадать только те, кто успешно освоил базовый (школьный) уровень знаний и, обладая определенными умственными способностями, готов приложить необходимые интеллектуальные усилия для того, чтобы выйти на еще более высокий уровень. В противном случае это будет уже не высшее образование, а его профанация…

Самые интересные статьи в нашем telegram logo Telegram-канале
Понравилась статья? Расскажите друзьям:
Просмотрено: 27 раз
При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна - www.rezonans.kz
При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.
Свидетельство о постановке на учет, переучет периодического печатного издания, информационного агентства и сетевого издания №16873-СИ от 31.01.2018г. выдано Комитетом информации министерства информации и коммуникаций РК.
© 2018 Информационно - аналитический портал "РЕЗОНАНС" Все права защищены. Разработано веб-студия "IT.KZ"
Яндекс.Метрика