Среда, 28 февраля 2018 12:28

Олжас Сулейменов: в демократических странах именно общественное сознание питает политику Избранное

Автор

В эксклюзивном интервью «ЭК» великий поэт, публицист и общественный деятель, постоянный автор нашей газеты Олжас Сулейменов размышляет о тайнах, закодированных в священных знаках, процессах развития общественного сознания, деятельности руководимого им фонда «Культура» и многом другом.

– Олжас Омарович, уже несколько месяцев в стране обсуждается программная статья президента Нурсултана Назарбаева «Взгляд в будущее: модернизация общественного сознания». Многие понимают это буквально: если общество вглядится в будущее, то его сознание неизбежно обновится. А насколько ясно казахстанцы видят будущее свое и страны? Недавно я был на научно-практической конференции «Рухани жаңғыру – требование времени» в Алматы. Ощущение такое, что ни организаторы, ни выступавшие не очень осознавали тему. А вам знакома эта задача?

– Такие конференции надо бы начинать с объяснения самого термина «общественное сознание». Что в нем следует модернизировать? Или все целиком обновить? Местные философы пока этого нам не открыли – не читал их статей в газетах. По-моему, формирование общественного сознания происходит не на таких конференциях, а в обычных средних школах на уроках истории и литературы. Обновляется оно там же. И дома – с помощью книг. Книги помогают юному читателю постепенно осознавать феномен человека, а потом – свою принадлежность к этносу (кто мы?) и после – себя (кто я?).

– Но с книгами сейчас проблема. Вы об этом не раз говорили в наших интервью.

– И повторю, что за три десятилетия народилось несколько новых поколений, для которых эсэмэски заменили художественную и научную литературу. Что стало с общественным сознанием страны, некогда бывшей самой читающей в мире? Такой вопрос могут задать себе руководители всех стран СНГ, отдавших литературу и историческую науку на произвол рынка. Принцип «сначала экономика, а политика потом» наработал за долгие годы вариантные последствия и не все плюсовые. В демократических странах именно общественное сознание питает политику. И внутреннюю, и внешнюю. В Северной Корее, например, нет общественного сознания, есть сознание вождя. Его массам вполне достаточно. А мы хотим быть истинно демократическим государством, поэтому заговорили о сознании общественном. Я так понимаю пафос статьи президента и поддерживаю. И верю, что меры по обновлению общественного создания, очевидно, будут связаны с коренным изменением отношения государства к такому нерыночному явлению, как художественная литература, и таким необоронным наукам, как история и филология.

Не все советское было плохо. Надо использовать советский опыт издания и особенно распространения книг. И тогда литература будет финансово прибыльной для государства, как это было в СССР. Тиражи книг составляли десятки тысяч экземпляров, журналов – сотни тысяч. Литературный журнал «Жулдыз» выходил ежемесячным тиражом 240 тысяч экземпляров. Вот это и был реальный способ защиты и пропаганды казахского языка. Ныне «Жулдыз» еле набирает одну тысячу. А разницу мы пытаемся покрыть призывами горячо любить государственный язык.

– Вы более 10 лет жили и работали в Европе: Греции, Риме, Париже. Чем структурно отличается, например, французское общественное сознание от казахского?

– Рядовой француз, окончивший сельскую школу, знает, что он принадлежит к нации, чьи века освящены именами, открытиями, изобретениями и событиями мирового значения. Один Наполеон оставил многим будущим поколениям французов достаточно поводов для восхищения, отрицания и споров. Фермер гордится языком, который совершенствовали Гюго, Бальзак, Дюма и десятки других гениев. Да что говорить о Франции или Италии! Достаточно много даже в обозримом пространстве народов не с таким завидным прошлым, которые фразу «кто мы» произносят не с вопросительным, а с восклицательным знаком. Потому что гордятся своим прошлым.

Повторяю, от древней истории казахам остались не археологические памятники, а только отдельные слова в чужих письменных источниках. Но нет этимологов, способных выяснить происхождение этих слов. Поэтому наша история не уходит глубже XVIII века – нашествия джунгар. Ақтабан шүбүрынды – плач, стенания, горе. И продолжается эта рыдающая нота весь ХIХ век, а в ХХ – революция. (В 1917 году нас было 10 млн; после Гражданской войны, по данным 1926 года, осталось 6 млн 200 тысяч, затем были коллективизация, тотальный голод, репрессии, в 1939-м – 2 млн 500 тысяч; после была Великая Отечественная война, в 1949 году нас осталось 2 млн 100 тысяч.)

Что это за прошлое? Сплошной плач. Может ли такая история воспитать гордые поколения, взрастить патриотов? Беды не обошли и других наших соседей, но такие горести в их памяти были уравновешены историческими свершениями ума, духа и мужества и потому не подавляли общественное сознание. Восклицательный знак не сутулится под гнетом тягостных воспоминаний.

И казахи должны добиться такого произношения: «Кто мы!». Вот цель национального развития, и она достижима. У меня появилась такая уверенность после полувекового поиска следов, оставленных нашими прапредками в глиняных таблицах Шумера, папирусах Египта, на черепашьих панцирях Древнего Китая. Я могу сказать, что теперь есть слова и письменные знаки, доказывающие, что в ранней истории человечества тюрки заметно проявили себя культурно, интеллектуально и государственно. По этим собранным лингвистическим артефактам уже можно вчерне набросать очерк доистории и ранней истории тюрков. Этой работой теперь могут заняться наши университеты, и я готов поделиться собранным. Уже не археологи, а лингвисты-этимологи способны, расшифровывая эти находки, рассказать, где и когда оставили свои следы проогузы (предки турок, азербайджанцев, туркмен), прокипчаки (предки казахов, татар, карачаевцев) и пробулгары (предки чувашей)… Древние казахи неоднократно меняли свое этническое имя. Но грамматические нормы языка, как дактилоскопия, позволяют находить казахское слово в разных уголках мира и в разных, самых давних тысячелетиях.

– Недавно вы встречались с послом Франции в Казахстане. О чем говорили?

– Я попросил его обратиться к французским ученым, занимающимся языками и письменностями Древней Передней Азии.

В конце XIX века, когда раскопали Вавилон, в журналах и газетах Европы печатали изображения шумерских иероглифов. Мне было бы важно узнать, когда и в каком издании был представлен иероглиф tu – «родить» (рис. 1). Я вернулся из Парижа в 2013 году и не успел найти в библиотеках такую публикацию.

Об этом иероглифе и его названии я спорил в 1964-м с Вячеславом Всеволодовичем Ивановым – виднейшим специалистом. И передал этот разговор в книге «Аз и Я» в 1975 году.        

Если бы тюркологи тогда подхватили эту тему, наши внуки уже произносили бы фразу «кто мы» с другой интонацией.

Я объяснил послу, почему меня интересует такое его участие. Инженер Эйфель должен был обратить внимание на этот иероглиф, увидеть в нем идеальную архитектурную фигуру. Уверен, что обратил и увидел! И название tu могло подсказать идею – «башня!», ибо рифмовалось со словом tour – «башня» (фр.) Французское произношение съедает звук «r». Если кириллицей изобразить слово, то звучит просто – ту. И он создал к Всемирной выставке свою tour d’Aifel – Эйфелеву башню. Эйфель, возможно, не придал значения переводу слова «родить» и создал самый высокий в мире памятник рожающей женщине. (Казахи говорят: ту – «роди», «родись». Слово обращено к матери и ребенку.) Эйфель не знал, что создает памятник женщине-матери. Что до него кто-то уже пытался это сотворить.

…Рожать стоя когда-то могло быть традицией. Легендарная Майа вошла в тропический лес Южной Индии и, ухватившись за толстый сук дерева, родила младенца, ставшего Буддой.

В III тысячелетии до н. э. древние семиты захватили Шумер, освоили его культуру и письменность. Их архитектор, наверное, обратил особое внимание на этот иероглиф и создал по нему проект строения, которое назвал Babili – «Врата бога». (Раздвинутые ноги роженицы и есть, по мысли жреца, Врата бога, через которые человек входит в жизнь. Древние семиты вслед за шумерами поклонялись вечерней звезде Венере и потому, думаю, решили установить достающий до неба памятник Женщине-матери, признав ее богом. Но достроить не удалось, по сообщению Библии. Вокруг этого строения (описания коего не сохранились) и должен был стоять город Вавилон – Babili.)

Восстановление таких корневых сюжетов поможет программе возвращения забытой истории не только тюрков, но и всех этносов, с которыми они когда-то (оказывается!) встречались, воевали, сотрудничали. И если мы первыми расшифруем тайны, закодированные в именах богов, рек, местностей, мифических героев, священных знаков, то нынешнее время Казахстана запомнится виду Человек Мыслящий именно этими интеллектуальными подвигами. Других достижений общечеловеческой значимости у нас пока не предвидится.

Много лет целенаправленно занимается этим проектом частный фонд «Культура», которым я руковожу.

– Частный фонд – звучит внушительно.

– Фонд – это, скорее, для понта, как мы говорили в молодости. Очень помогал «Культуре» МИД, пока я работал при ЮНЕСКО, мне удалось организовать и провести шесть международных конференций в университетах Парижа, Нью-Йорка, Сеула, Гранады (Испания), Иерусалима и снова Парижа.

Но вот уже пять лет фонд выживает за счет двух-трех самых интеллигентных представителей делового мира. К сожалению, их мало. А время не терпит. И мой возраст напоминает, что надо поспешить, иначе проблемы общественного сознания государство будет решать по-прежнему силами двух-трех чиновников.

– Вы имеете в виду государство в лице Минобразования?

– И науки. Мою книгу «Код слова», изложившую весь механизм знаковой этимологии, который позволяет раскодировать тайны многих словарей, в 2013 году презентовал в зале пустующей Академии наук тогдашний министр образования и науки. Не всякий автор научного труда удостаивался такой обнадеживающей чести. Я был уверен, что теперь книгу обсудят на серии международных конференций с привлечением ведущих лингвистов Европы и Азии. Поспорят, но в итоге – признают. В наших университетах книга будет использоваться как учебное пособие – и обязательно появятся одаренные продолжатели. Родится новое языкознание!

Однако министра убрали, а новый оказался не по этому делу.

– Но «Культура» же продолжает работу?

– Да, в конце ноября прошлого года мы провели в Чехии мини-конференцию, в которой приняли участие несколько профессоров из Российского университета Дружбы народов, Петербургского и Ташкентского университетов.

Известный строитель из Алматы Бекзат-жан владеет отелем «Олимпик-палас» в Карловых Варах. Он гостеприимно принял ученых на целую неделю на полный пансион. Мы обсудили тему «Шелковый путь и тюрки». Когда и почему тюрки, обитавшие в степях Монголии в начальные века Новой эры, еще до появления там маньчжуров, которые стали называться монголами, двинулись на Запад, вытесняя из степей и предгорий Евразии аборигенов. Наши музеи внушают посетителям мысль, что казахи обитали на этих территориях с палеолита, то есть десятки тысячелетий. Поэтому все, что происходило в пределах наших современных границ в древности, и есть наша история. Томирис, победившая Кира, – это, конечно, казашка. И саки – это казахи. Ашхабадские ученые клянутся, что это туркмены. Ташкентские убеждены, что узбеки. По-моему, больше оснований себе приписывать саков, массагетов и Томирис у таджиков, ибо тюрки в Средней Азии появились значительно позже. И в «Олимпик-паласе» мы почти вышли на правильные даты – IV–VIII века н. э.

– Если фонд называется «Культура», то он может сотрудничать и с Министерством культуры.

– И спорта. Правильно, министерство может выделить грант, например, на расшифровку термина «Олимпийские игры». Когда и почему родилась эта традиция и кто ее этнический автор?

В культурах Древнего Средиземноморья был известен знак смерти фараона: Λ. Египтяне называли его Peromut, и это слово дошло до нас в форме «пирамида». По образу этой графемы и создавались остроконечные каменные курганы. Тюрки использовали знак, но назвали по-своему – olim pi – «смерть вождя». Вожди в то боевое время не уходили из жизни от старости. Требовалось, не медля, избрать нового. И устраивались выборы самого сильного, быстрого, меткого воина. То есть спортивные состязания. Древние греки усвоили и египетское, и тюркское названия священного знака, которые использовались в новом мифе о Прометее (Peromуt-tej), который поднялся на самую высокую гору Олимп, чтобы украсть у богов огонь.

Да, мы практически не участвуем в нынешних Олимпийских играх, но наши далекие предки их создавали. Может, это хоть как-то успокоит наших комплексующих болельщиков.

– Вы обращаетесь к министру и к спонсорам. Их имена должны быть известны читателям.

– У нас нет закона о благотворительности, и потому меценаты избегают огласки. Только за помощь больным детям пока не так преследуют. Я бы уравнял в будущем законе помощь больным детям, литературе и гуманитарным наукам…. Наш проект по значению для общества является, по сути, общенациональным, и потому в его реализации должно участвовать государство, а участвуют только частные лица. Люди с продвинутым общественным сознанием, понимающие, что высота будущего зависит от глубины прошлого. Каждому из них я посвящаю одно из лингвистических открытий. Такой революционный сборник готовится к изданию и на английском языке. Еще не весь объем издания собран.

– Если бизнес-деятели помогают Слову, значит, рынок может поспособствовать решению проблемы книги?

– Без решительной помощи государства – нет. Но пока я бы не отвлекался от спорта. В самые морозные дни января борцы Даулета Турлыханова организовали мне поездку на остров Хайнань – самое теплое место Китая. Впервые побывал в этой стране. Хотя знаю о ней много, и в декабрьской беседе мы говорили о ней. В программе китайского отельного телевизора только один канал вещал на русском – РТР. Московский экономист сообщил, что, по последним данным, экономика Китая вышла на первое место в мире. Китай раньше СССР начал реформы. В декабре 1979 года Дэн Сяопин провозгласил возвращение прав частной собственности и что ее следует возродить при поддержке государственной и коллективной собственности. И это стало принципиальным отличием китайской реформы от горбачевско-ельцинской перестройки, которая, разрушая государственную и коллективную собственность, из их осколков попыталась создать частную.

Декабрьское интервью мы заканчивали метафорой: Китай на трех китах (государственная, коллективная и частная собственность) успешно покоряет океан мирового кризиса, а Россия и ее последователи пытаются преодолеть тайфуны на утлых яхтах частной.

Сравнение нынешних цифр и настроений стран СНГ говорит о правильности принципа «сначала экономика, а потом политика», но с существенным уточнением – талантливая экономика и продуманная политика! Что и демонстрирует Китай уже четыре десятилетия.

Самые интересные статьи в нашем telegram logo Telegram-канале
Понравилась статья? Расскажите друзьям:
Просмотрено: 44 раз
При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна - www.rezonans.kz
При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.
Свидетельство о постановке на учет, переучет периодического печатного издания, информационного агентства и сетевого издания №16873-СИ от 31.01.2018г. выдано Комитетом информации министерства информации и коммуникаций РК.
© 2018 Информационно - аналитический портал "РЕЗОНАНС" Все права защищены. Разработано веб-студия "IT.KZ"
Яндекс.Метрика