Понедельник, 05 ноября 2018 12:39

Ирина Смирнова: «Учитель не должен мести улицы!» Избранное

Автор

Перемен в своей деятельности и уровне жизни ожидают учителя и педагоги Казахстана. Как скоро и в какой степени произойдут эти реформы, зависит от многих факторов. Депутат Мажилиса Парламента от КНПК Ирина Смирнова – одна из наиболее принципиальных и последовательных защитниц школьных учителей, активно оценивающая все нововведения, происходящие в системе отечественного образования. Своим видением нового закона и предложениями, вносимыми в проект мажилисвумен поделилась в своем интервью.

- Ирина Владимировна, не ошибусь, если скажу, что принятие Закона «О статусе педагога» - это поистине большой подарок учителям Казахстана. Последуют ли фактические изменения или это будет закон ради закона?

- То, что президент обратил внимание на педагога, на его статус, на его значимость, это очень важно. Но все зависит от того, какой это будет закон. Если это будет закон декларирующий, что есть педагог и его статус, то ничего не изменится. Конечно, нужно понимать, что школа – это системное начало любого государства, и если есть мощная школа, мощное воспитание в купе с государственной идеологией, то это принесет очень хорошие результаты. И, кроме того, содержание этого образования так же очень важно. Это примерно то, что было в Советском Союзе, когда и воспитание, и образование соответствовали потребностям общества. Именно потребностям общества, а не капризам каких-то отдельных лиц. Здесь нужно понимать колоссальную ответственность реформаторов за возможную ошибку, ведь подобные реформы, я имею в виду сферу образования, проходят практически раз в 100-200 лет. И нужен очень серьезный и очень ответственный подход к этим преобразованиям. Очень надеюсь, что закон будет действенным.

- Будет ли учитель более защищен? Начиная от добровольно-принудительных субботников до бесконечной бумажной отчетности?

-Показательным отношением наших чиновников к этому замечательному предложению президента было то, что после обращения, это было 5 октября, учителей в некоторых городах выгнали на уборку улиц. То есть слова президента поняли не все. Я думаю, что пора понять всем, что учитель – это человек, который очень важен в обществе, поэтому он на такую высоту поднят в разных странах, его статус – статус очень уважаемого и важного человека для государства, общества. Пример: Финляндия, Япония, Китай. В последнем, несмотря на полутора миллиардное население и огромное количество учителей, заработная плата от тысячи долларов до трех. И пенсия – 70% от его заработной платы, это весьма высокая пенсия. Когда наших учителей выгоняют убирать улицы, то есть не просто помочь в уборке школы вместе с детьми, или поухаживать за какой-нибудь красивой горкой с цветами, а просто убирать около многоэтажных домов, обочины вдоль дорог, то это показатель отношения к учителю. И чиновники должны понимать, что учитель не для того, чтобы убирать улицы.

- А постоянные отчеты?

- Дело даже не в бумажной отчетности, а в том, что чиновники, которые должны просто напросто выполнять заказ общества, грамотно распределять бюджет и исполнять заказ налогоплательщиков, за счет которых они живут в том числе, почему-то думают, что могут внедряться в учебный процесс. В частности акиматы. Они вдруг решили, сколько должно быть входов «Кунделiк», например, или кто сколько должен работать с электронным журналом. Их задача в первую очередь обеспечить наличие инфраструктуры для учителя, чтобы он мог качественно работать. Уж если мы вынуждены прислушиваться и выполнять то, что говорит Министерство образования, а если Министерство образования решило, что должен быть журнал и должен быть дневник в электронном формате, что само по себе не самое лучшее дело, то для этого должна быть соответствующая инфраструктура. Если этого нет, если тормозит интернет, если нет компьютеров, доступа к ним или к сети у учителя, то нужно все делать на бумажном носителе до той поры, пока не обеспечат всем необходимым. А не так, чтобы требовать от учителя неизвестно что и неизвестно откуда.

- Уменьшится ли нагрузка на педагогов и будет ли она оплачиваться

дополнительно?

- Конечно, если бы была достойная оплата, безусловно, учитель бы не брал две ставки, потому что на одну ставку не выжить, на эти 80-100 тысяч, это для педагога с высшей категорией и разными наградами. Он за одну ставку будет иметь чуть больше ста тысяч тенге. А молодой учитель вообще будет иметь сорок тысяч. Поэтому на одну ставку не проживешь, а на две не выживешь, потому что времени не хватит. А живут все в лучшем случае на полторы ставки. А полторы ставки тоже очень трудно обслужить, потому что, если к примеру, проводит срез СОР и СОЧ по результатам четверти или результатам раздела, то нужно проверить очень много работ. Вначале нужно составить задание, потом распечатать, потом собрать, проверить, потом внести в Кунделiк, который порой не всегда открывается. Потом сделать дополнения, объяснения, кто что из учеников знает, что не знает. Это невозможно сделать быстро и просто, тяжело работать с такой большой нагрузкой. А если учитель берет еще и дополнительную нагрузку? Вот если бы была увеличена зарплата, в частности за классное руководство, не так как сейчас четыре тысячи в месяц, а если это было хотя бы сорок тысяч, то тогда учитель не взваливал на себя большую нагрузку, а мог спокойно работать, выполнять достойно и качественно свои профессиональные обязанности. Потом мне кажется весьма печальным отношение Министерства образования к учителю, в том плане, что повышение заработной платы они видят только через аттестацию. Хотя повышение заработной платы просто должно быть, повышение должно быть первоначально, то есть учитель должен получать не меньшую зарплату по стране. Я думаю, что зарплата учителя должна быть привязана к этой цифре. Сейчас это около 160 тысяч. Минимальная зарплата учителя за ставку, когда он пришел в школу, должна быть 160 тысяч тенге. Затем уже, когда учитель повышает свою квалификацию, он берет какие-то курсы, может английского языка, может еще какие-то, государство обязано раз в пять лет провести для него курсы, вот тогда он может пройти независимую аттестацию и сертификацию. То, что сейчас делали с аттестацией, то есть показательные выезды в определённое время, это не совсем правильно. Может учитель не хочет сегодня сдавать или вообще не хочет. Пусть н повышает тогда, когда он посчитает нужным. Так как это делают при сдаче экзаменов IELTS, TOFEL в Британском совете. Хочешь – сдаёшь, не хочешь – не сдаёшь.

- Изменится ли отношение к учительской деятельности у общества, учеников, родителей? Станет ли эта специальность более востребованной у абитуриентов?

- Я хочу сказать, что отношение к специальности педагога уже стало меняться. В педколледжи, в пединституты стала приходить молодежь и стали приходить мужчины. Это хорошо, потому что у нас огромное гендерное неравенство. Почти 90% учителей – это женщины. Безусловно, детей должны воспитывать и мужчины, и женщины. Надежда есть. В обществе чувствуется, что будут изменения.

- Можно ли надеяться на улучшение качества преподавания, а соответственно и образования с данными нововведениями? Будет ли особо поощряться творческий подход в преподавании?

- Я не знаю, насколько будет изменяться качество образования, и я переживаю за это. Переживаю за содержание. Я еще пока не понимаю, насколько учитель может вести за собой, именно нынешний учитель. Потому что нынешний учитель немножко отстает от ученика в IT-технологиях, порой он меньше видел мир. Знаю, что есть учителя, которые не летали на самолетах, не ездили на поезде, не выезжали вообще никогда из того места, где живут, у них узкий кругозор. А ученик может уже объездил весь свет, и потому ему слушать учителя бывает не очень интересно.

Кроме того, учителям нужно дать возможность попутешествовать, дать возможность поездить по своей стране, посмотреть мир. А это возможно тогда, когда у него зарплата будет приличная. И не так, чтобы какой-то организатор что-то там организовывал, «съев» государственные деньги наполовину. А на вторую половину кое- как еле-еле отправить этих учителей. Нужно нормально платить и человек сам съездит и увидит все, что нужно, хорошо оденется, будет хорошо питаться, и будет примером, это тоже очень важно, облик педагога, уровень его жизни, и показателем для работы с детьми. Кроме того, что Казахстан говорит, что перенимает модель образования Финляндии, то там отношение к учителю очень уважительное. Это высококлассный специалист, которого не проверяют, не аттестуют, которого никаким образом не притесняют, позволяя творчески работать. У нас же каждый шаг учителя контролируется. А когда человек под таким жестким контролем, он не может творчески работать.

Конечно, должны давать возможность учителям повышать свою квалификацию, но большей частью не так, как Министерство образования сейчас проводит, загоняя учителей в определенное место, в определенное время. Мы же говорим о цифровом Казахстане, значит это можно сделать дешево и в он-лайн режиме.

- Аттестация учителей, как часто она будет проходить, и нужна ли эта

процедура так часто?  

- Что касается аттестации, то вообще много не понятно. Когда будет проводиться аттестация, друг ни с того, ни с сего объявляют: «Через два месяца будет проводиться аттестация». С чего вдруг? Почему? Предыдущую аттестацию куда деть? Что там будут у учителя спрашивать? Опять его загоняют в какой-то стресс. Не должно быть этого. Все должно быть стабильно и развиваться эволюционно, и делать это не насильственным способом, а давать возможность выбора учителю. Хочет – аттестуется, не хочет – не аттестуется.

- Над какими депутатскими запросами Вы сейчас работаете? Какие предложения вносите в принимаемые законопроекты? И в частности закон «О статусе педагога»?

- Я сейчас работаю над депутатскими запросами, касающимися положения людей с ограниченными возможностями в нашем обществе. Потому что человеческий капитал – это качества каждого человека. И так получилось, что я в последнее время очень активно работаю с сообществом людей с особыми потребностями. Я увидела, насколько это сильные люди, насколько они хотят участвовать в жизни общества. Но вокруг эти примитивные барьеры, даже физические, эта невозможность элементарного физического доступа - просто прийти в магазин, аптеку, просто прийти в театр, для многих это является невозможным. Наши инвалиды не получают нормальных протезов. Они используют те, которые еще делали в советское время, простите, выпиленные из дерева. А сейчас технологии позволяют делать очень качественные и удобные протезы, с которыми можно полноценно жить, занимать любимым делом, творчеством, спортом. То есть у него могут быть безграничные возможности, несмотря на ограничение из-за физических недостатков. Я недавно познакомилась с группой молодых людей, наших казахстанцев, которые являются незрячими. И они не пали духом. Некоторые из них знают несколько языков. Например, один из этой группы знает казахский, русский, английский, японский, учился в Англии, в Америке, в Японии, в Казахстане закончил КазГУ. Мало того, он увлекается Iron man, скалолазанием, игрой для незрячих гоутбоу. И, когда смотришь на него, понимаешь, что в жизни все возможно. Так вот, один из моих новых друзей Кенжекул, говорит: «Вы лучше не помогайте нам, вы просто не мешайте. Я предприниматель, у меня есть несколько хостелов, как-то я обратился в банк, чтобы расшириться. Мне не дали кредит, обосновав тем, что я инвалид первой группы». Кроме того, он хотел работать в школе учителем. Он работал несколько лет и постоянно стоял вопрос: или ты работаешь, или ты получаешь пособие. Вообще инвалиду первой группы не рекомендуют работать. То есть возникали проблемы. Мало того, что у него есть такой серьезный недуг, так ему постоянно этим тычут, напоминают. А нужно людей с особыми потребностями вовлечь в активное жизненное пространство. Это один из запросов, который готовлю

Второй вопрос, который я всегда поднимаю и за который очень переживаю – это вопрос проблемных заемщиков. Это те люди, которые с 2004 года по 2009 год взяли кредиты, именно тогда когда был кризис. Они по сегодняшний день не могут влиться в деятельность общества. Либо у них отобрали всё, что они построили на заемные деньги, а тогда и деньги были большие, и стройка была дорогая. И они еще остались должны банку. Либо у них отобрали те квартиры, которые они купили за бешеные деньги, потому что, если они купили жилье за сто пятьдесят тысяч долларов, а сейчас эта квартира стоит пятьдесят тысяч, банк у них отбирает квартиру, оценивает ее в тридцать тысяч, и эти люди еще остаются должны банку сто двадцать тысяч. То есть банк не несет никаких рисков, кроме того банку залили государственные деньги и заливают по сей день, поддерживают всячески. А человеку нисколько не помогают, он один на один остался с этой банковской махиной, он не выездной, он не получает зарплату, только хоть одна копейка попадает на счет карточный, ее сразу изымает банк. Он вынужден жить в сером поле, практически раб. Вот за то, чтобы эти пострадавшие люди вышли в правовое поле, чтобы они могли влиться и участвовать во всех этих государственных программах, от которых они сегодня полностью отречены, я веду работу. Считаю это очень важным.

И, конечно, работа над Законом «О статусе педагога», мы, рабочая группа депутатов, будем стараться внести в него как можно больше рационального, потому что надежда на него есть, но не совсем большая. А ведь хороший качественный учитель будет растить хороших качественных учеников. Это многого стоит, это практически стратегический план, важный государству, обществу, стране.

- Спасибо за беседу.

Самые интересные статьи в нашем telegram logo Telegram-канале
Понравилась статья? Расскажите друзьям:
Просмотрено: 590 раз
При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна - www.rezonans.kz
При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.
Свидетельство о постановке на учет, переучет периодического печатного издания, информационного агентства и сетевого издания №16873-СИ от 31.01.2018г. выдано Комитетом информации министерства информации и коммуникаций РК.
© 2018 Информационно - аналитический портал "РЕЗОНАНС" Все права защищены. Разработано веб-студия "IT.KZ"
Яндекс.Метрика