Вторник, 09 июля 2019 12:46

Среднесрочная перспектива развития Китая Избранное

Автор

Практика смены китайских элит после Мао Цзэдуна и изменения в ней при Си Цзиньпине

В октябре 2014 года произошло событие, масштабы которого смогут в полной мере оценить только будущие поколения. Экономика США, остававшаяся 140 лет крупнейшей национальной экономикой планеты, уступила первенство Китаю. Пока это лидерство еще не бесспорное, т.к. МВФ, зафиксировавший его, рассчитал ВВП Китая по паритету покупательной способности (ППС)[1]: В 2019 году экономика Китая, рассчитанная по ППС, уже далеко оторвалась вперед: 25,2 триллиона долларов США против 20,5 триллиона у Вашингтона. Хотя номинально ВВП Китая уступает американскому почти на 40 процентов (19,4 триллиона долларов в США против 12,1 триллиона у Китая). Но экспертам-экономистам очевидно, что эпоха Pax Americana, т.е. практически никем не оспариваемого глобального доминирования США, завершается. И происходит это вследствие роста государственной мощи Китая, пишет портал tgraph.io.

У процесса, который в Пекине предпочитают называть «мирное возвышение Китая», есть множество причин, как политических, так и сугубо экономических. Одна из важнейших – возведенный в 1982 году в ранг нормы Конституции КНР принцип постоянной ротации высшего руководства в стране. Он предполагает, что высшие посты в государстве руководители не могут занимать более 10 лет. По истечении этого срока они должны покинуть их, а на эти места придут новые лидеры. Главные цели такой практики – препятствовать возрождению геронтократии и узурпации власти одним человеком, обеспечить обратную связь политической элиты страны и общества, открыть перспективы «вертикальной мобильности» молодым, наиболее эффективным руководителям.

Состоявшийся в октябре 2017 года 19-й съезд Коммунистической партии Китая в несколько завуалированной форме отверг этот принцип, открыв председателю КНР Си Цзиньпину и некоторым его сторонникам перспективу сохранения своих постов в высшем руководящем органе государства – Постоянном комитете Политбюро Центрального Комитета Коммунистической партии Китая (КПК) за пределами десятилетнего срока. Согласно официальным заявлениям, сохранение нынешнего политического руководства требуется стране для того, чтобы обеспечить стабильность в период потрясений, которые ожидают Китай как внутри страны (замедление экономического роста, угрожающая экологическая ситуация), так и на международной арене (опасность мирового экономического кризиса, нарастающее противостояние с США). Выступая на 19-м съезде КПК, Си Цзиньпин не обещал своим однопартийцам легкой жизни. По его прогнозу, впереди партию и весь Китай ждали «невообразимые, ужасные волны» и «угрожающие штормы». Чтобы предотвратить их, было необходимо «улучшать лидерство партии и качество государственного управления».

Таким образом, Китай сегодня вступает в новый период своей истории, и прогнозировать его судьбу на сколько-нибудь долгую перспективу непросто, ибо в уравнении под названием «Китай в среднесрочной перспективе» пока слишком много неизвестных переменных величин.

Повестка дня современного Китая: поиски внутренних источников роста

Согласно официальной позиции Пекина, сегодня в Китае формируется «социализм с китайской спецификой для новой эры». Официальная китайская пропаганда называет его «наиболее совершенной моделью демократии в мире». Для того, чтобы эта идеальная модель воплотилась на практике, стране предстоят многие годы упорного труда под руководством КПК. Среди заявленных приоритетов главный – ликвидация растущего разрыва между состоянием экономики и ожиданиями людей. Модель социализма с китайской спецификой» базируется на идеологии предшественников Си Цзиньпина, начиная с Мао Цзэдуна, и именно она станет «руководством к действию» на следующие пять лет для всей страны. В более отдаленной перспективе руководители КПК ожидают, что реализация идеи сделает Китай страной «процветающей, сильной, демократической, культурно развитой, гармоничной и прекрасной».

За достаточно абстрактными заявлениями официальной пропаганды скрывается напряженная работа нынешнего поколения китайских лидеров по поиску внутренних источников для роста национальной экономики и повышения благосостояния граждан. В теории, главных источников такого роста может быть несколько: приток внутренних и внешних инвестиций, наращивание государственных расходов, а также рост потребления внутри страны. Продлившийся почти 30 лет период быстрого роста экономики Китая, когда главным драйвером позитивных изменений в стране был экспорт промышленной продукции, завершился в 2012 году. Как раз тогда Си Цзиньпин утвердился на высшем государственном посту в Китае.

За истекшие почти семь лет руководитель Китая достаточно успешно действовал во всех трех сферах (инвестиции, госрасходы, внутреннее потребление), но темпы экономического роста в Китае постепенно замедлялись. Они по-прежнему высоки и вызывают откровенную зависть у многих государств, включая Россию (6,6 процента в 2018 году). Тем не менее, нынешний рост экономики Китая является самым низким за прошедшие 30 лет. Тревожная тенденция налицо, и пока Пекин не выработал универсальную формулу возврата к благополучным временам экономического бума. А без него нельзя успешно решать многие острые социально-экономические задачи, сохраняющиеся в стране. Среди них тысячи убыточных промышленных предприятий, увеличивающиеся дисбалансы в развитии приморских провинций и внутренних регионов страны, требования демократизации внутриполитической жизни. Властям Китая не удается ликвидировать угрозу исламских террористов, регулярно совершающих кровавые террористические акты в населенных пунктах Синьцзян-Уйгурского автономного района на западе КНР.

Пока лидеры Китая видят решение указанных проблем в усилении порядка и дисциплины. В Конституцию КНР недавно были включены пункты о том, что «лидерство Компартии — ключевая черта социализма с китайской спецификой», а государство «продвигает гражданские добродетели любви к родине, народу, труду, науке и социализму». Были также расширены функции Госсовета (правительства страны) и некоторых крупных городов. Наконец, было создано новое суперведомство с огромными полномочиями – Государственный комитет по надзору, который сосредоточил в своих руках антикоррупционную борьбу.

Несколько десятилетий назад прежний лидер Китая Дэн Сяопин наметил на 2021 год «построение общества средней зажиточности», и сегодня Китай близок к тому, чтобы объявить о достижении указанной цели. Уровень доходов населения в этой стране пока на треть ниже российского, но разрыв стремительно сокращается. При этом в Китае практически отсутствует безработица, быстро развиваются здравоохранение и образование, практически с нуля создается система социальной поддержки наименее защищенных слоев населения. Многие аналитики в Китае полагают, что нынешняя абсолютная власть КПК — необходимое условие переходного этапа, когда основная задача власти — концентрировать ресурсы и обеспечивать экономический прорыв. Предполагается, что лишь затем, когда обозначенное КПК в качестве стратегической цели социально-экономической политики «среднезажиточное общество» утвердится окончательно, страна станет на путь демократических реформ, отказа от цензуры, введения многопартийности и проведения свободных выборов. Пока все эти вопросы отсутствуют в повестке дня властей страны, и в среднесрочной перспективе их появление там маловероятно.

Китай в мировой политике и экономике

На фоне динамичных и не всегда обнадеживающих процессов внутри страны на международной арене стратегия Китая начиная с 2012 года мы наблюдаем стабильность и преемственность. Пекин стремится к «строительству сообщества общей судьбы» с другими странами мира, активно позиционируя себя как «крупнейшую развивающуюся державу планеты». Модель «сообщества общей судьбы» нашла свое материальное воплощение в инициативе «Пояса и пути», продвинутой Си Цзиньпином осенью 2013 года и ставшей его визитной карточкой в мировых делах. Грандиозная по своим масштабам инициатива Китая предполагает строительство сети железных и шоссейных дорог (т.н. «экономический пояс Шелкового пути») и нескольких крупных морских портов на берегах Тихого и Индийского океана, а также в Средиземноморье (т.н. «морской Шелковый путь»). Стратегическая цель данного проекта – обеспечить надежную связь между Китаем и его торгово-экономическими партнерами в Европе, Центральной Азии и на Ближнем Востоке. Реализация этой инициативы стала возможной благодаря многомиллиардным китайским инвестициям в транспортно-логистическую инфраструктуру десятков государств в Европе и Азии, к настоящему моменту достигшим 70 миллиардов долларов США. Еще один приоритет для Китая — продвижение собственных технологий и промышленной продукции на новые для них рынки. КНР использует острую потребность соседних государств в инвестициях для того, чтобы поддержать новыми заказами национальные промышленные предприятия, уже насытившие внутренний рынок своей продукцией.

Российско-китайские отношения сегодня находятся на пике своего развития. Никогда за многовековую историю отношений двух стран они не были лучше, чем сегодня. Два крупнейшх государства Евразии движутся друг навстречу другу как по внешнеполитическим причинам (противодействие гегемонии США и однополярному миру под их руководством), так и по причинам сугубо экономическим (в 2018 году взаимный торговый оборот превысил планку в 100 млрд. долл.). Будучи соседями, Россия и Китай могут сочетать свои конкурентные преимущества (огромные рынки, наличие сырья и развитой промышленности) для форсирования модели взаимозависимости, которая не будет ущемлять суверенные права другой стороны. Пекин явным образом дает понять, что именно такие отношения с Россией видит в качестве оптимальных сегодня.

Пекин сегодня, в условиях разворачивающейся на наших глазах торговой войны с Вашингтоном, самым негативным образом относится к рассуждениям о возникновении «Кимерики», своеобразного экономического альянса двух крупнейших экономик планеты (Китая и Америки), чей уровень взаимозависимости делает их обреченными на сотрудничество и взаимные уступки друг другу. При этом, факт взаимозависимости отрицать невозможно: торговый оборот между двумя этими странами в 2018 году превысил 600 миллиардов долларов! Сохранение доступа на американский рынок в среднесрочной перспективе имеет жизненно важное значение для промышленности и всей экономики Китая, а без дешевых и качественных китайских товаров в США вернется уже забытая в этой стране инфляция. Объявив себя «крупнейшей развивающейся державой планеты», Китай прилагает мощные усилия для проникновения своих инвестиций в экономику других развивающихся стран, прежде всего в Африке. На этом континенте Пекин строит дороги и промышленные предприятия, там открыто более 10 тысяч компаний с китайским капиталом, трудится около одного миллиона китайских инжеренов и рабочих. Параллельно Пекин усиливает свое военное присутствие: именно в Африке (в Джибути) была открыта первая зарубежная военная база КНР. Сейчас эксперты ожидают расширения присутствия вооруженных сил КНР в таких государствах, как Танзания и Намибия. Китай уже сегодня является автономным игроком в глобальной политике, поэтому с течением времени интерес Пекина к продвигаемой Россией концепции многополярного мира будет снижаться.

Можно прогнозировать в среднесрочной перспективе сохранение высоких темпов роста экономики Китая. При этом неизбежной для экономической безопасности этой страны является диверсификация торговых связей. Она возможна, в первую очередь, за счет расширения товарооборота с Россией и другими странами ЕАЭС, а также с Европой. Поэтому инициатива «пояса и пути» сохранит свое значение для Китая и соседних с ним государств, объединяя транспортную инфраструктуру и сближая их экономики.

Конфликт Китая и США: ловушка Фукидида

2012 год ознаменовался не только восхождением Си Цзиньпина на высший пост в своей стране, но и началом «поворота на восток» военной инфраструктуры США. Если прежде приоритетными направлениями для Пентагона были Европа и Ближний Восток, то с января 2012 года таковым был официально объявлен Тихоокеанский регион с Китаем как главной угрозой глобальным интересам США. Содержание американского «поворота на восток» состоит в том, чтобы вдоль западных, южных и восточных государственных границ Китая создать своего рода «санитарный кордон», способный в критической ситуации изолировать эту страну от внешнего мира и разрушить его экономику. Для реализации своих планов Вашингтон предпринял в последние годы немало усилий: активизировал контакты с государствами Центральной Азии и Пакистаном, пытается восстановить сотрудничество в военной сфере с Индией и даже с Вьетнамом, оказывает дипломатическое давление на Северную Корею, размещает элементы системы ПРО в Южной Корее. Другие сферы американо-китайского противостояния сегодня: технологическая война, в эпицентре которой оказался китайский технологический гигант Huawei; торпедирование проекта «пояса и пути», а также операций созданного в Китае для финансового сопровождения данной инициативы Азиатского банка инфраструктурных инвестиций. Сегодня американский «поворот на восток» в самом разгаре, и его опасные последствия все сильнее беспокоят Пекин.

С именем древнегреческого историка Фукидида (460 – 400 гг. до н.э.) современные ученые связывают феномен, который назван «ловушкой Фукидида». Он призван объяснить, почему в межгосударственных отношениях практически невозможно избежать противостояния между переживающей упадок бывшей сверхдержавой и государством, приходящим ей на смену. Именно в среднесрочной перспективе станет ясно, смогут ли США и Китай мирным путем урегулировать изменение соотношения их сил в глобальных делах. Иными словами, согласятся ли США признать факт того, что они больше не являются мировым экономическим и технологическим лидером, не могут в одностороннем порядке решать мировые дела, используя для защиты собственных интересов любые средства, а зачастую попросту игнорируя действующие нормы международного права. Если же «ловушка Фукидида» захлопнется, и две крупнейшие державы планеты не смогут мирно урегулировать возникающие противоречия, то планету ждут катастрофические последствия. Не допустить этого – в интересах всего человечества.

Заключение

В среднесрочной перспективе Китай окончательно утвердится в роли крупнейшей экономики планеты. При этом, в интересах Пекина сохранить либеральный характер глобальной торговой системы. Россию и Китай объединяет сегодня желание построить более справедливую модель экономического сотрудничества, отказаться от применения санкций и давления в межгосударственных отношениях.

Но опыт предыдущих 40 лет показывает, что современный Китай искренне привержен принципу добрососедства в двухсторонних отношениях с Россией, видит в ней самого надежного партнера на мировой арене. «Страшный сон Вашингтона» в виде военного альянса Москвы и Пекина, не станет реальностью. Но Москва не только в среднесрочной, но и в более долгой перспективе, будет стремиться сблизиться с Китаем экономически, а также превратить границу двух стран протяженностью в 4210 километров в пространство мира и сотрудничества.

Самые интересные статьи в нашем telegram logo Telegram-канале
Понравилась статья? Расскажите друзьям:
Просмотрено: 20 раз
При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна - www.rezonans.kz
При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна.
Свидетельство о постановке на учет, переучет периодического печатного издания, информационного агентства и сетевого издания №16873-СИ от 31.01.2018г. выдано Комитетом информации министерства информации и коммуникаций РК.
© 2018 Информационно - аналитический портал "РЕЗОНАНС" Все права защищены. Разработано веб-студия "IT.KZ"
Яндекс.Метрика